Джон Уик 2 (2017)

Второй фильм стартует так, будто первый и не заканчивался. Джон просто забирает свою тачку у брата Вигго. Машину разбивают в хлам, но это дело принципа. Казалось бы, собака отомщена, тачка дома, можно снова заливать бетон в подвале и грустить по жене. Но криминальный мир так не работает. И это главная проблема сиквелов, которую тут решили максимально тупо и гениально одновременно. Никаких новых злодеев с улицы. Просто старый долг.

Припирается этот Сантино. Выглядит как скользкий тип, таким и оказывается. Достает вексель — металлический медальон с кровавым отпечатком. Типа Джон когда-то поклялся ему в обмен на помощь, чтобы уйти из бизнеса. И теперь Сантино требует вернуть долг. Джон отказывается. Что делает Сантино? Берет гранатомет и разносит дом Уика в щепки. Все воспоминания о жене сгорают. Очередная потеря, и опять из-за тупости бандитов. Уику приходится идти в Континенталь и соглашаться, иначе по правилам его убьют свои же.

Дальше нас тащат в Рим. И вот тут начинается то самое расширение лора, из-за которого франшиза стала культовой. Мы видим, что это не просто банда из Нью-Йорка. Это глобальная сеть. Джон приходит к портному, который шьет костюмы с пуленепробиваемой кевларовой подкладкой. Потом идет к Сомелье. Тот предлагает ему пушки так, будто это дорогое вино. Дегустация оружия — это дико абсурдная сцена, но смотрится на одном дыхании. Ты реально веришь в этот секретный мир убийц с их дурацкими монетами.

Задание в Риме — убить Джанну, сестру Сантино. Она готовится стать главой клана, а братец хочет её место. Сцена убийства странная. Джанна сама вскрывает себе вены в ванне, чтобы не дать Джону это сделать. Он просто делает контрольный выстрел для галочки. Никакого экшена тут нет, чисто психологический момент. Зато потом начинается реальное мясо. На Уика нападают телохранители Джанны, а затем и люди самого Сантино, которые внезапно решили отомстить за смерть сестры заказчика. Двойная игра, всё довольно предсказуемо.

Перестрелка в катакомбах Рима снята очень грязновато, в хорошем смысле. Джон прячет оружие заранее по маршруту отхода. Он убивает методично, переключается с автомата на дробовик, потом на пистолет. Драка с Кассианом — телохранителем Джанны — вообще скатывается в жесткую поножовщину. Они катятся по лестницам, бьют друг друга об стены. А потом пробивают окно и оказываются в холле Континенталя. И тут же прекращают драку, покупают выпивку в баре и просто смотрят друг на друга с неприкрытой ненавистью. Правила есть правила.

Когда Сантино объявляет награду в 7 миллионов, сюжет превращается в выживание. Нью-Йорк становится полем боя. Убийцей оказывается каждый второй — скрипачка в метро, обычный дворник, сумоист. Уик получает ранения, он устал и еле ходит. Приходится обращаться к Голубиному Королю. Это просто бомба для фанатов старой «Матрицы». Киану Ривз и Лоренс Фишберн снова в одном кадре. Король командует бездомными, которые на самом деле шпионы и киллеры. Он дает Джону пистолет ровно с семью патронами, чтобы тот добрался до Сантино.

Финальная битва в музее современного искусства. Зал с дурацкими зеркалами. Это явная дань уважения старым боевикам с Брюсом Ли. Джон блуждает среди отражений, вообще не понимая, где враг. Неоновый свет бьет по глазам. За ним бегает немая телохранительница Арес. Уик расправляется с охраной, но сам Сантино трусливо сбегает. Зеркала бьются, ориентироваться очень сложно. Сцена намеренно дезориентирует зрителя, чтобы передать состояние измотанного Уика, который уже не хочет никого убивать, но остановиться никак не может.

Развязка ломает вообще всё. Сантино прячется в нью-йоркском Континентале, зная, что там стрелять нельзя. Он сидит в ресторане, ест утку и в открытую смеется над Джоном. Уинстон просит Уика уйти по-хорошему. Но Джон просто достает пистолет и сносит Сантино голову на глазах у всех. Это конец. Главное правило нарушено. Уика объявляют экскомьюникадо — отлученным от системы. Финальные кадры, где Уинстон дает Джону час форы, и Уик бежит с собакой по парку, а все люди вокруг внезапно замирают и смотрят на него — это дико круто. Никакого хэппи-энда, только начало новой войны.